Открытые данные говорят о катастрофической эпидемии в России второй волны

Официальная российская коронавирусная статистика во время второй волны вызывает не меньше вопросов, чем во время первой. Например, в Санкт-Петербурге уже несколько недель ежедневное число выздоровевших ровно вдвое меньше числа заболевших. Но если реальные цифры можно скрыть, поисковые запросы людей — открытая информация, и они точно коррелируют с заболеваемостью, госпитализациями и смертями, выяснил маркетолог Александр Драган. Результаты анализа шокируют: уже к середине октября эпидемия, на этот раз накрывшая большую часть страны, была масштабнее весенне-летних пиков в 4 раза, а стандартного сезонного уровня — в 140 раз. Хуже всего ситуация в Сибири. Исследование помогает не только понять реальную картину, но и спрогнозировать загрузку больниц, ведь рост специфического запроса «пропало обоняние» опережает официальный рост заболеваемости.

Метод

Он прост и доступен каждому. У Яндекса есть Вордстат — инструмент, который позволяет смотреть помесячную или понедельную динамику показов по нужным поисковым запросам. И есть особые «коронавирусные» запросы, которыми с большей вероятностью будут пользоваться заболевший человек и его близкие. Как правило, это запросы максимально практичные: связаны либо с самыми специфичными симптомами ковида (такими, как пропажа обоняния и вкусов), либо с конкретными лекарствами, либо с диагностикой. Подробнее про метод можно почитать здесь и здесь. Главная идея — есть запросы, которые наиболее точно коррелируют с реальной заболеваемостью.

Эпидемия в России продолжается уже более полугода. И если поисковые запросы отражают реальный ход эпидемии, это легко проверить: достаточно сопоставить запросы с заболеваемостью, госпитализациями и смертями. Но выявленные случаи — недостаточно достоверный показатель, а официальная статистика ещё с весны вызывает вопросы и давно себя дискредитировала множественными статистическими аномалиями. Там, где официальная статистика более или менее достоверна, она коррелирует и с поисковыми запросами. Но корректнее всего оценивать именно госпитализации и смерти.

Сначала — поиск, потом — смерть

За весну и лето в России от коронавируса по данным оперштаба умерли 17 тысяч человек. Фактических же смертей с коронавирусом, очевидно, в разы больше. Об этом говорит, например, демограф Алексей Ракша, уволенный весной из Росстата после заявлений о фальсификации российской статистики. О несоответствии официальных цифр реальности заявлял и Росздравнадзор. Наконец, по данным Росстата, которые служба ежемесячно публикует, с апреля по август с коронавирусом умерло больше 45 тысяч человек.

Общая же избыточная смертность за этот период — 84,6 тыс. человек, если сравнивать с 2019 годом, и 72,5 тыс. в сравнении со средним за 2017−2019 годы. Это выше оперативных данных в 4,2−5 раз; для сравнения, в Италии и Великобритании разница официальной смертности и избыточной — в полтора раза, а в некоторых латиноамериканских странах (например, Перу) — в три раза.

Смертность от эпидемии корректно оценивать именно по избыточной смертности. Её максимальный прирост пришёлся на июнь−июль — сильно позже карантина, в месяцы, когда регионы сняли большинство ограничений. Рекордной жары и пожаров в этом году в России не было. А из разборов смертности от московского Депздрава и петербургского Комздрава известно, что от 90 до 100% избыточной смертности приходится на коронавирус (не всегда он служит основной причиной смерти). По оценкам развитых стран, ковид определяет 60−100% избыточной смертности. Даже если показатель по регионам ниже, общий тренд избыточная смертность отражает: по данным Росстата, 55% избыточной смертности относится к ковиду.

И если запросы отражают распространение эпидемии, то они должны коррелировать и с избыточной смертностью в регионах: так и происходит.

Несколько примеров:

  • Москва. Пик запросов пришёлся на конец апреля−начало мая. Рекордная избыточная смертность (+58,5% к среднему за три года) — на май.
  • Татарстан. Пик запросов — вторая половина июня−начало июля. Рекорд по избыточной смертности (+50,5%) — июль.
  • Башкирия. Пик запросов — июль. Рекорд смертности (+48,8%) — июль.
  • Свердловская область. Бурный рост запросов весь июнь, пик — в июле. Рекордная смертность тоже в июле: +45,6%.
  • Самарская область. На пике запросов держится месяц: с середины июня по середину июля. На июль же приходится рекордная смертность: +36,6%.
  • Пензенская область. Пик запросов — с конца мая по середину июня, рекорд смертности (+34,6%) приходится на июнь.
  • Камчатский край. Выраженный пик запросов в середине июня, рекорд смертности (+46,3%) — также июнь.

И такая картина повсеместна. За резким ростом специфичных «ковидных» запросов следует прирост смертности, и его пик происходит, как правило, спустя 2−3 недели от пика запросов. Это соответствует реальному течению болезни: пропажа обоняния — часто один из ранних симптомов, а между заражением и смертью в среднем проходит 20−25 дней (что соответствует 2−3 неделям от первых симптомов до смерти). Исключение — северокавказские республики, где регистрация смертей происходила с сильным лагом (от 1 до 3 месяцев, в зависимости от региона), что связано, по всей видимости с местными особенностями учёта. Например, в Северной Осетии избыточная смертность в мае +43,6%, в июне резкое падение до −28,1%, в июле вновь резкий подъём до +54,5% — это в большей мере статистические аномалии, чем отражение реальной ситуации.

Как это выглядит на практике? Вот Москва. Сопоставление запросов и смертей за неделю. Здесь видно, как смерти следуют за запросами с двухнедельным сдвигом. А ещё видно, как с августа смерти перестают отражать динамику запросов.

Открытые данные говорят о катастрофической эпидемии в России второй волны

В середине июля количество запросов после продолжительного спада вновь начинает расти — и растет до 10 августа. На смертях это не сказывается: весь август они показывают красивую полочку в диапазоне от 10 до 13 ежедневных смертей. Причина этого — в недоучёте: по данным оперштаба, в августе от коронавируса в Москве умер 361 человек. По данным Депздрава, эта цифра в 3,7 раза выше — от коронавируса как основной или сопутствующей причины умерли 1347 человек. Это соотношение сохраняется и в сентябре, когда, согласно Депздраву, коронавирус обосновывает 1569 избыточных смертей, что в 3,8 раз выше официальных цифр оперштаба.

Для сравнения: в апреле, июне и июле фактических смертей от ковида было в 2,6 раз больше, в мае — пиковом месяце — в 2,8 раз больше, а в августе — уже в 3,7. С чем это связано — с задержками в регистрации смертей, или с намеренным искажением цифр (см. «коридор Собянина») — вопрос отдельный. Если сопоставлять запросы и смерти по данным Депздрава, график сглаживается, а динамика смертей вновь повторяет динамику запросов:

Открытые данные говорят о катастрофической эпидемии в России второй волны

Между запросами и смертями — сильная корреляция с коэффициентом 0,9 (0,77−0,95 при доверительном интервале 95%):

Открытые данные говорят о катастрофической эпидемии в России второй волны

Сильную корреляцию между запросами и смертностью показывает и Петербург. Ниже — сопоставление запросов и смертей от ковида, высчитанных как 90% от избыточной смертности за конкретный месяц (именно эта оценка звучала в мае-июне в Петербурге; по Москве с ковидом ежемесячно соотносят от 90 до 100% избыточных смертей).

Открытые данные говорят о катастрофической эпидемии в России второй волны

Как и с Москвой, лаг — 2−3 недели. Коэффициент корреляции запросов и смертей 0,98 (от 0,96 до 0,99 с доверительным интервалом 95%). И корреляция сохраняется на протяжении всего периода — вплоть до конца сентября:

Открытые данные говорят о катастрофической эпидемии в России второй волны

С запросами коррелируют не только смерти, но и госпитализации. Пример из Москвы:

Коэффициент корреляции — 0,94. При 95% доверительном интервале коэффициент лежит в диапазоне между 0,75 и 0,99

Коэффициент корреляции — 0,94. При 95% доверительном интервале коэффициент лежит в диапазоне между 0,75 и 0,99

Это — доступные данные с середины апреля по середину июня. На протяжении 8 недель (с 27 апреля по 21 июня) сохраняется соотношение 0,81 — так, на каждые 100 показов приходилось в среднем 81 новая госпитализация.

Сильная корреляция между специфическими коронавирусными запросами и госпитализациями и смертями сохраняется и для других регионов. Например, для Алтайского края корреляция между запросами и тяжёлыми больными — 0,88 (от 0,72 до 0,95 в доверительном интервале 95%). Ещё пример: для Иркутской области с сентября корреляция между запросами и госпитализированными с лагом в неделю — 0,986.

На этом можно остановиться и зафиксировать: по-видимому, специфические поисковые запросы в Яндексе отражают реальную ситуацию с эпидемией, и с лета и первого подхода к теме стало только больше данных, которые это подтверждают. И за последний месяц такие запросы стремительно выросли по всей России. Если месяц назад Вордстат фиксировал 37 тысяч показов, то сегодня — уже 170 тысяч показов в неделю только для одного запроса «пропало обоняние». Рост за месяц — в 3,5 раза, и с каждой неделей такие запросы прирастают на 30−40%.

Что происходит в России сейчас

Рост «ковидных» запросов по стране продолжается уже 2 месяца, и с каждой неделей рост ускоряется. Ниже — динамика еженедельного прироста 10 основных запросов, которые сильно коррелируют с ходом эпидемии («пропало обоняние», «не чувствую запахи», «кт легких», «азитромицин», «левофлоксацин», «цефтриаксон», «сатурация», «пневмония взрослый», «курантил», «кислород в крови»):

Открытые данные говорят о катастрофической эпидемии в России второй волны

Если на конец августа Вордстат фиксировал 460 тысяч показов в неделю, то уже через месяц — в 2,3 раза больше, 1,067 млн. Спустя ещё две недели показы снова удвоились и выросли до 2,3 млн в неделю — это почти втрое больше, чем было на весеннем пике в Москве. Стремительно растут все округа и большинство регионов:

Открытые данные говорят о катастрофической эпидемии в России второй волны

Везде, кроме Северного Кавказа и Северо-Запада, ситуация уже хуже, чем была весной−летом. Быстрее всего растут Сибирь и Урал, за ними следуют Центр и Поволжье. Цифры растут везде: даже Северный Кавказ, который держался дольше других регионов, начал расти.

А так выглядит динамика запроса «пропало обоняние» по России:

Открытые данные говорят о катастрофической эпидемии в России второй волны

Это катастрофический рост. Если с мая по сентябрь запрос держался в пределах 27−43 тыс. показов в неделю и постепенно снижался, то с конца августа вновь начал расти, и расти по экспоненте (R² 0,998) — и достиг 170 тыс. показов в неделю (последняя неделя, за которую доступны данные, — 12−18 октября). Это больше, чем в любой из весенних и летних месяцев, выше весенне-летних пиков в 4 раза и выше стандартного сезонного уровня в 140 раз. И это не накрутка, не медиашум и не массовый психоз — так выглядит волна эпидемии, которая одновременно накрыла большую часть страны.

«Пропало обоняние» — запрос не медийный: его популярность не зависит от активности СМИ, и он растёт непрерывно на протяжении 2 месяцев — тогда как медийные запросы дают разовый пик, который за одну-две недели спадает. Кроме него, растут и другие специфические запросы, и коэффициент корреляции этих запросов с «пропало обоняние» — от 0,9 до 0,995. И у всех — общий тренд.

Подробнее о том, почему медиашум, коронаистерия и к росту специфических запросов не имеют отношения, я расскажу в конце текста, а пока пройдемся по округам и регионам и разберёмся, что прямо сейчас происходит в России с эпидемией.

Вторая волна — или продолжение первой?

Ситуация тяжелая. И с каждой неделей она становится хуже. По-видимому, прямо сейчас 90% регионов переживают серьёзную вспышку. И похоже, через несколько недель таких регионов будет ещё больше. И удержатся ли те, где сейчас вспышек нет и заболеваемость низкая — отдельный большой вопрос. Регионы, которые обошлись без первой волны эпидемии, сейчас удержаться не смогли. И рост идет даже в прежде спокойных Карелии, Калининграде и Магадане.

Для сравнения — 2,5 недели назад регионов, где по поисковым запросам была видна сильная вспышка, было меньше: 65%. В середине сентября в большинстве регионов только начинался рост, а о полноценной второй (а где-то и первой) волне говорить было рано. Ко второй волне тогда можно было отнести 13 регионов (а сейчас — 51), к первой волне — 15 (сейчас 25).

Тяжелее всего ситуация на юге, который обошёлся весной и летом без эпидемии (за исключением Астраханской области, где летний пик пришёлся на август). Худшая динамика — в Сибири, где в большинстве регионов запросы прибавляют по 70−100% уже несколько недель. На Урале, в Поволжье и в ЦФО ситуация схожая: все три округа растут синхронно (и нигде не осталось ни одного региона, где сейчас всё было бы спокойно).

Открытые данные говорят о катастрофической эпидемии в России второй волны

На Северном Кавказе — тише всего (в основном за счёт трёх регионов, где заболеваемость, как и запросы, на нуле). Северо-Запад и Дальний Восток начали расти — и тревожнее всего выглядят дальневосточные регионы, которые обошлись без полноценной первой волны. За единственным исключением: это Камчатка.

Регионы, где всё спокойно. Таких осталось всего 4 (это 5% от всех субъектов РФ). Три из них — это Кавказ: Чечня, Ингушетия и многострадальный Дагестан. Ещё один — удаленная Чукотка.

Регионы с первой волной. Это те, до которых эпидемия по-настоящему добралась только в августе-сентябре — и настоящая первая волна накрывает сейчас (среди них признаки плато демонстрирует всего один регион: это Удмуртия). Таких 25, и четверть из них приходится на юг, ещё четверть — на Дальний Восток.

Регионы со второй волной. Это те регионы, в которых была явная динамика эпидпроцесса: заметный рост, сильный пик, затем медленный спад, и чаще всего — рост избыточной смертности. Сейчас эти регионы вновь бурно растут: ко «второй волне» условно отнесены те, где нынешний уровень «ковидных» запросов уже достиг уровня 2/3 от первого весенне−летнего пика. Большинство регионов этот уровень уже перепрыгнуло, а в некоторых показов в разы выше, чем на первом пике (пример — Татарстан). Вторая волна сейчас в 51 регионе (60%), и треть из них — это Центр.

Начало роста. Есть несколько регионов, в отношении которых рано делать выводы о том, новая это волна — или незначительный рост. Это регионы, которые только начали расти (или растут очень умеренно). Таких 5. Ещё две недели назад их было 16, а месяц назад — 23.

Что происходит по округам

Сибирь

Открытые данные говорят о катастрофической эпидемии в России второй волны

Если выбирать округ с самой сложной ситуацией, то это будет Сибирь. Среднее по регионам превышение летних пиков — 4,7 раз (для сравнения: в ЦФО было 2,6, в Поволжье — 2,5). В Иркутской области число запросов выше летнего пика в 8,5 раз, в Томской области — в 7,3 раза, в Алтайском крае — в 6,3 раза. Динамика роста катастрофическая. Растут все регионы. Округ в целом растёт с конца августа, и последний месяц прирост ускоряется — каждую неделю на 45−66%. В семи регионах высокая вторая волна, ещё в трёх — серьёзная первая (это Хакасия, Республика Алтай и Кемеровская область). И сложная ситуация здесь везде.

Так, в Алтайском крае тяжёлых больных — в 4 раза больше, чем было в июле на пике: 364. С койками ситуация сложная: полтора месяца было занято 1253 места, на 22 октября — уже 3943, и новые койки вводят регулярно. За полтора месяца занятых коек стало в 3,1 раз больше, тяжёлых больных — втрое больше.

В Иркутской области рост запросов также стремительный, и с каждой неделей ситуация становится хуже. От 616 госпитализированных 6 сентября область пришла к 3010 на 22 октября — число госпитализаций за полтора месяца выросло почти в 5 раз. Ситуация настолько сложная, что койки развернули даже в аэропорту.

Открытые данные говорят о катастрофической эпидемии в России второй волны

Схожая ситуация — во всех регионах округа. Ускоряется рост в Новосибирской области (госпитализации также стремительно растут), стремительно растёт Омская область (и койки заканчиваются). В Томской области и Красноярском крае, судя по запросам и госпитализациям, только начало стремительного роста — между тем в Красноярском крае занято уже 90% коек. И такая картина — по всей Сибири: от Кемеровской области, где койки заканчивались уже в конце сентября, до Хакасии и Тывы.

Центр

Открытые данные говорят о катастрофической эпидемии в России второй волны

Растут все. И во всех регионах, кроме одного, полноценная вторая волна. Единственный регион в ЦФО, который не затронуло эпидемией весной и летом — это Костромская область, сейчас там заканчиваются койки.

Если оценивать относительную долю показов (сколько % приходилось на конкретный запрос от всех запросов в Яндексе в регионе за период), картина ещё страшнее — в 6 регионах ситуация вдвое хуже, чем в Москве на майском пике, ещё в 3 — ситуациях втрое хуже, остальные регионы уже преодолели весенне-летние пики — и свои, и московский:

Открытые данные говорят о катастрофической эпидемии в России второй волны

Самая сложная ситуация в ЦФО — в Белгородской, Воронежской и Липецкой областях — здесь приходится по 195−205 показов запроса «пропало обоняние» на 100 тыс. населения (для сравнения — в Москве на пике было 118).

Среднее превышение весенних пиков — 2,6 раза. Белгородская, Липецкая и Орловская область превысили летние пики в 4−4,5 раз; Воронежская — в 5,6 раз.

Худшая динамика — в Орловской области: здесь темпы роста запросов ускоряются, за последнюю неделю +70%. Койки также быстро заканчиваются: если 10 сентября было развёрнуто 778 коек, то уже к середине октября коек не хватает — и на 22 октября в регионе 1256 коек, занято — не менее тысячи. Похожая динамика ещё в нескольких регионах: ускоряются темпы в Смоленской области (где, судя по сообщениям, коечный фонд уже исчерпан), Калужской (где за две недели увеличили число коек втрое: с 665 до 1852) и Тульской (где за последние две недели перепрофилировали новый госпиталь и готовят еще один).

Тяжелее всего — в Воронежской области: на протяжении несколько недель запросы росли на 70−80%. Рост начался с конца августа — однако на тот момент прирост был относительно спокойный, от 6 до 27%. Что до коек, достаточно нескольких цифр. 1 сентября: 1143 койки, занято 90%, коечный фонд сокращают. 6 октября: уже 3708 коек, занято 92%. 14 октября: развернули ещё койки, из 4403 занято 4125 — это 94%. Прирост госпитализированных за полтора месяца — в 3,6 раз. И этот рост начался уже через в начале сентября — то же показывают и запросы. Так Воронежская область выглядит по запросам:

Открытые данные говорят о катастрофической эпидемии в России второй волны

Схожая ситуация с койками и стремительным ростом в большинстве регионов, особенно — в Белгородской, Брянской и Липецкой областях: здесь за полтора месяца число госпитализаций выросло в несколько раз.

Замедлился рост в Белгородской, Ивановской, Костромской и Тамбовской областях: от изначальных 50−80% еженедельный прирост снизился до 14−17%. Но говорить о плато рано: это замедление темпов роста — но ещё не остановка.

Москва и область растут синхронно — но если до начала октября Москва активно прирастала с каждой неделей, то с октября пошло замедление. За последнюю неделю область вышла на свой пиковый уровень в мае, Москва — превысила его уже на 20%.

Самая спокойная ситуация — в Тверской области: она ещё не достигла весеннего уровня, но достигнет уже в ближайшие дни: темпы еженедельного прироста — стабильные 25−45% в неделю. Число коек также растёт: ещё 14 октября было развёрнуто 1010 коек, уже 20 октября — 1190.

Поволжье

Открытые данные говорят о катастрофической эпидемии в России второй волны

Как и в ЦФО, здесь также рост по всем регионам. В 11 из них — вторая волна, ещё до 3 только добралась первая (это Кировская область, Удмуртия и Саратовская область).

Самая сложная ситуация в Поволжье — в Самарской области: на неё приходится 192 показа запроса «пропало обоняние» на 100 тыс. Следом — ещё 7 регионов, где ситуация схожая (от 138 до 167 показов): это Кировская область, Нижегородская, Оренбургская, Пензенская, Пермский край, Саратовская область и Ульяновская.

Среднее превышение весенних пиков — 2,5 раз. В Самарской области превышение — в 3,7 раз, в Пермском крае и Ульяновской области — в 3,2 раза. В остальных регионах превышение от 2 (как в Татарстане) до 3,1 (как в Оренбурнской области). Исключение — только Чувашия и Мордовия.

Худшая динамика — в Мордовии: область прибавляет по 40−70% в неделю, и рост ускоряется. И если в начале октября в области было развёрнуто 720 коек, занято 630, а Минздрав хотел избежать разворачивания новых, то уже 14 октября развернули ещё 500 коек — до 1235, и из них занято 90%, рост госпитализаций за две недели — +76%. На летнем пике в Мордовии было развёрнуто 1957 коек. Похожая динамика по темпам прироста в Саратовской области (где занято уже 90%) и Башкортостане (где развернули 3,6 тыс. коек и придумали новый алгоритм работы с пациентами — отправлять домой тех, кто «полежал немного, подлечился»).

Замедляется рост в Оренбургской и Кировской областях — и есть признаки плато в Удмуртии: здесь впервые за 2,5 месяца еженедельный прирост запросов снизился. Удмуртия с первой волной не столкнулась — она пришла в республику только в августе, и на сентябрь пришёлся пик. К октябрю было заполнено 100% коечного фонда.

Самая спокойная ситуация — в Чувашии: здесь уровень запросов пока 60% от летнего пика — но регион быстро растёт, и в ближайшие 2 недели преодолеет свой летний пик. Койки в регионе также заканчиваются — и регион разворачивает новые.

Сложная ситуация — в Нижегородской области. Прирост запросов — 20−40% в течение последнего месяца. С койками ситуация та же, что и в других регионах: ещё в начале сентября в регионе перепрофилировали ковидные койки и возвращали их больницам, а госпитализировано было около тысячи человек. С конца сентября койки начали обратно забирать под ковид, а замгубернатора признал, что пошёл рост. За первую неделю октября открыли почти тысячу коек, занято было 2,9 тысячи. Спустя две недели занято уже 3,9 тысяч коек (87%) — рост за полтора месяца в четыре раза. Динамика запросов выглядит так:

Открытые данные говорят о катастрофической эпидемии в России второй волны

Урал

Открытые данные говорят о катастрофической эпидемии в России второй волны

Все регионы накрыло второй волной. И везде, кроме ХМАО, превышение относительно летнего пика минимум вдвое (ХМАО добрался до июльского уровня).

Самая напряжённая динамика — в Свердловской области (последний месяц еженедельный прирост запросов 24−50%), ХМАО (стабильный рост запросов — и динамика ускоряется, последние две недели +50%), Ямал (рост за последний месяц от 18 до 81%). И если в начале сентября Свердловская область рапортовала о том, что второй волны нет и высвобождала койки, то весь октябрь она их спешно наращивала — на 17 октября коек уже 6922, из них занято 5260. ХМАО также наращивает койки, а в некоторых городах занят весь фонд. На Ямале ситуация схожая: в больницах заканчиваются бесплатные лекарства для больных, а в Новом Уренгое не осталось мест и срочно разворачивают новые.

Тяжелее всего ситуация — в Челябинской области. Запросы растут с конца августа, особенно стремительно — с середины сентября: от 5% в начале месяца до 84% в конце. За последние две недели рост замедлился, однако доля показов — самая высокая в регионе. Число коек за последние полтора месяца увеличивали несколько раз, всего их нарастили на 68% — с 2977 до 5849. Если 10 сентября области было около полутора тысяч госпитализированных, то на 4 октября — 3589. Меньше чем за месяц — рост в 2,4 раза. Региональный Минздрав выпустил новый приказ, по которому скорая больше не ездит на вызовы с отравлением, обмороками, кашлем, ковидом, а 19 октября чиновники объявили о достижении: время ожидания скорой снизилось с 8 суток до 5. Такова динамика запросов по области:

Открытые данные говорят о катастрофической эпидемии в России второй волны

Похожая картина по приросту в Курганской области, где в 5 раз выросло число вызовов скорой.

Северо-Запад

Открытые данные говорят о катастрофической эпидемии в России второй волны

Относительно других округов, здесь ситуация спокойная — можно предполагать относительно низкий уровень заболеваемости. Основной вклад вносят Петербург с областью, Вологодская область и Республика Коми, Петербург ещё не достиг своего летнего пика, в области ситуация ещё лучше — в целом всё выглядит управляемо:

Открытые данные говорят о катастрофической эпидемии в России второй волны

Худшая ситуация, если оценивать динамику запросов, сейчас в Вологодской области (здесь же открывали третий в регионе госпиталь под ковид и остановили работу части дневных стационаров, а ситуация быстро ухудшается) и в Республике Коми, где на 12 октября было занято 86% коек. Самая спокойная ситуация — и по запросам, и по загруженность коечного фонда — в Карелии и Псковской области.

Дальний Восток

Открытые данные говорят о катастрофической эпидемии в России второй волны

Ситуация по округу неплохая, число показов здесь сопоставимо с Кавказом — самым спокойным округом в России, а сумма запросов в пересчёте на население в разы меньше Поволжья. В 3 регионах только сейчас поднимается первая волна: это Амурская область, где увеличивают койки, а свободных остаётся 20%, ЕАО, где койки также резко заполняются, и Магаданская область, где ситуация схожая — коек нет, распаковываются новые, призываются медики.

Тяжелее всего ситуация в Бурятии: на протяжении 3 недель прирост запросов — 90−100%; коечный фонд близок к исчерпанию, осталось 90% коек. Похожая ситуация в Хабаровском крае: ускорение роста на протяжении последнего месяца (за последнюю неделю прирост +111%), в регионе срочно добавляют койки. Ещё три тревожных региона по динамике — Приморский край (+65% еженедельно), Амурская область (+40−74% еженедельно) и Забайкальский край (+64−77%).

На Камчатке есть признаки начала роста — и можно предполагать через 3−4 недели резкого ухудшения ситуации. Кроме того, если судить по избыточной смертности, Камчатка — единственный регион округа, который по-настоящему пострадал в первую волну: в июне прирост смертности +46,3%, общий прирост смертности за апрель−август +10%.

Единственное спокойное место в округе — Чукотский автономный округ.

Северный Кавказ

Открытые данные говорят о катастрофической эпидемии в России второй волны

Пока это самое спокойное с эпидемиологической точки зрения место в России. Лучше всего ситуация в регионах, которые сильнее всего пострадали весной-летом — это Ингушетия (+51,8% избыточной смертности за апрель−август по отношению к среднему за 3 года), Чечня (избыточная смертность +49,4%), Дагестан (избыточная смертность +37,6%). Все регионы — рекордсмены по избыточной смертности по России.

Остальные кавказские регионы пострадали в первую волну меньше — и они уже активно отрастают вновь.т Сложнее всего ситуация на Ставрополье, которое весной-летом обошлось легче всего: избыточная смертность за апрель−август здесь в пределах погрешности (+3,9%), уже от 2 до 10 раз выше других соседних регионов, а еженедельный прирост стабильный: +20−27%. Койки уже несколько раз за октябрь наращивали, и 21 октября нарастили вновь. Так растут запросы в крае:

Открытые данные говорят о катастрофической эпидемии в России второй волны

Другой сложный регион — Северная Осетия: поисковые запросы здесь растут от 20 до 90% в неделю, а число коек неоднократно увеличивали. Ухудшилась ситуация в Кабардино-Балкарии и Карачаево-Черкесии — но здесь пока всё под контролем, и следует ожидать резкого роста через 2−4 недели.

Юг

Открытые данные говорят о катастрофической эпидемии в России второй волны

Единственный южный регион, который затронула первая волна — это Астраханская область: здесь пик пришёлся на конец июля, избыточная смертность за июль +29,4%. Вскоре после небольшой передышки область вновь пошла в рост — и уже в октябре превысила свой уровень августа в 1,9 раз. Остальные регионы начали расти только в июле−августе — и юг полноценно накрыло только к сентябрю. Во всех регионах, кроме Астраханского, волна только первая.

Тяжелее всего ситуация в Волгоградской области: ещё в конце сентября здесь решили нарастить койки с 2 тысяч до 6 тысяч, а спустя три недели запланировали в краткие сроки нарастить койки до 9 тысяч и ввести в поликлиниках экспресс-тест на антиген. Уровень запросов в пересчёте на население — сопоставимый с Поволжьем и центром:

Открытые данные говорят о катастрофической эпидемии в России второй волны

Схожая ситуация в Ростовской области — рекордсмене по количеству и доле запросов. В остальных регионах ситуация спокойнее (но относительное число показов везде сопоставимо с Москвой на её пике). Во всех южных регионах, кроме Астраханской области, происходит замедление роста — если тренд продолжится, через 2−3 недели юг выйдет на плато.

Что дальше — вопрос открытый. Ясно одно: рост стремительный, рост продолжается, и прирастает большинство регионов, а обещанного плато не видно. Уже понятно, что вторая волна заметно выше и серьёзнее первой — в свою очередь, первая волна, которая растянулась на месяцы, только с апреля по август унесла, по разным оценкам, от 46 тысяч до 75 тысяч жизней. И если такое соотношение запросов и смертности сохранится и дальше, Россию ждет страшная осень. Новая волна и не волна уже — а настоящее цунами, и этот девятый вал уже сейчас в разы выше первого.

Теперь немного о том, почему на метод анализа не влияют инфошум, сезонный всплеск инфекций и обычная паника.

Виноваты СМИ?

Вторая волна эпидемии провоцирует и новый всплеск интереса в СМИ — может быть, просто поэтому запросов, связанных с коронавирусом, становится больше? Если оценивать количество статей и новостей про коронавирус в топ-5 федеральных интернет-СМИ (по данным Медиалогии), видно, что с середины мая интерес СМИ к эпидемии снижается — и до конца лета только падает, достигает минимума в период 17−23 августа, далее вновь начинает расти. Но даже в середине октября о коронавирусе пишут меньше, чем писали в начале июня:

Источник данных — Яндекс Новости, поиск по сайту конкретного СМИ всех новостей с ключевым словом «коронавирус»

Источник данных — Яндекс Новости, поиск по сайту конкретного СМИ всех новостей с ключевым словом «коронавирус»

Пик интереса приходится на вторую половину марта — именно тогда коронавирус становится главной федеральной повесткой, создаётся специальная рабочая группа Госсовета, Путин посещает Коммунарку и впервые обращается к россиянам. Далее объявляется «нерабочий месяц», Россия уходит на карантин, СМИ публикуют тысячи заметок про коронавирус — а с окончанием «нерабочих дней» резко теряют к нему интерес.

И такая динамика характерна не только для федеральных СМИ — но и для региональных. И такая картина — по всем интернет-СМИ из топ-5: пик интереса в марте-апреле, далее — продолжительный спад и лёгкий рост в сентябре:

Открытые данные говорят о катастрофической эпидемии в России второй волны

На поисковых запросах это также сказывается. Чем больше СМИ пишут о коронавирусе — тем чаще люди ищут про ковид. Но это касается только запросов, которые отражают общий интерес к теме (например, «коронавирус симптомы», «статистика коронавируса», «вакцина от коронавируса» и пр.):

Открытые данные говорят о катастрофической эпидемии в России второй волны

И такая картина — по всем федеральным округам:

Открытые данные говорят о катастрофической эпидемии в России второй волны

А так коррелирует число заметок в СМИ с запросами со словом «коронавирус»:

Коэффициент корреляции 0,95. При доверительном интервале 95% коэффициент корреляции находится в диапазоне между 0,89 и 0,97 — корреляция сильная и надёжная

Коэффициент корреляции 0,95. При доверительном интервале 95% коэффициент корреляции находится в диапазоне между 0,89 и 0,97 — корреляция сильная и надёжная

Вместе с тем, у запросов про потерю обоняния динамика совсем другая — как и у других специфических «ковидных» запросов. Эти запросы начинают «отрастать» только в апреле — когда в Москве разгорается эпидемия. Далее до осени они держатся на одном стабильном уровне — именно тогда, в июне-июле, эпидемия прокатывается по остальной России, по разным регионам в разные периоды. И в конце августа «коронавирусные» запросы начинают расти, с сентября рост переходит в экспоненциальный. И это никак не зависит от упоминаний в СМИ — здесь корреляции нет:

Открытые данные говорят о катастрофической эпидемии в России второй волны

Выше — сумма 10 наиболее показательных запросов. Частично эти запросы подвержены влиянию СМИ (отсюда небольшой всплеск в конце марта — именно тогда активно пишут об азитромицине и о пневмонии как основном осложнении ковида). А на запрос «пропало обоняние» активность СМИ не влияет никак — его рост начинается на рубеже марта и апреля, когда растёт заболеваемость в Москве, а пик интереса медиа начинает спадать. Своего весеннего пика запрос достигает в начале мая — и это совпадает с локальным минимумом активности СМИ. Та же картина продолжается и дальше: медиа всё меньше пишут о коронавирусе — однако люди активно ищут ключевой симптом ковида:

Открытые данные говорят о катастрофической эпидемии в России второй волны

Для оценки динамики эпидемии, как и прежде, запросы с общим интересом к коронавирусу не годятся (и мы их не рассматриваем). А запросы специфические — напротив — отражают реальный ход эпидемии. Более того: рост запроса «пропало обоняние» опережает официальный рост заболеваемости и, как видно выше, прирост госпитализаций — а значит, динамику этого запроса можно отслеживать для оценки того, насколько будет загружена система здравоохранения в конкретном регионе (и даже городе) совсем скоро.

Гуглят простуженные?

Это еще одно возможное объяснение роста «ковидных» запросов. Больше полугода мы живем в парадигме, что любая ОРВИ — это потенциальный ковид. В этой парадигме любой симптом — уже повод для тревоги, даже если это тривиальный насморк. А это значит — рост «коронавирусных» запросов мог спровоцировать обычный сезонный подъем ОРВИ. А пропажу обоняния у себя могли найти люди при обычном насморке и отеке слизистой. На деле это не так. Смотрим 18 характерных «симптомных» запросов: «течет нос», «насморк», «боль в горле», «красное горло», «кашель мокрота», «заложен нос» и др. Для всех запросов характерна сезонность: рост и пики в январе−феврале, падение весной (ближе к апрелю) и возобновление роста ближе к осени. Но динамика радикально отличается от запроса «пропало обоняние»:

Открытые данные говорят о катастрофической эпидемии в России второй волны

Количество этих запросов начинает расти ещё летом — до того, как начинается рост «коронавирусных» запросов (чаще всего ищут «насморк» и «сопли»), осенний уровень ниже весеннего, а в сентябре эти запросы стабилизируются на одном уровне — тогда как про обоняние только начинают резко расти. По мере роста таких запросов растут и поиски лекарств. Это сосудосуживающие капли (нафтизин, називин, риностоп), солевые растворы (аквалор, аквамарис), таблетки от горла, аэрозоли и спреи — для носа и горла, и ряд общих запросов (полоскание горла, лечить насморк и пр.). Всего таких запросов 23, и они растут точно так же, как и запросы «симптомные», а их коэффициент корреляции — 0,947:

Открытые данные говорят о катастрофической эпидемии в России второй волны

А еще это косвенно объясняет корреляцию между разными «коронавирусными» запросами: например, почему есть сильная корреляция между «пропало обоняние» и «азитромицином» или «левофлоксацином». Это естественная корреляция: человек заболевает → гуглит симптомы → ищет способы их снять → ищет препараты и заботится о диагностике. Так или иначе, ни один «простудный» запрос не связан с «ковидными» запросами — какая-либо корреляция между ними отсутствует (коэффициент почти нулевой — 0,017).

Или дело в панике?

Это ещё одно вероятное объяснение: люди, напуганные эпидемией, разогретые СМИ, в приступах тревоги будут чаще находить у себя симптомы и первыми побегут на КТ. И тогда основная масса запросов про обоняние, диагностику и лекарства на самом деле приходится на таких паникеров. Однако это не так. С началом пандемии — ещё в марте — тревожность действительно нарастает, и люди начинают чаще искать как общие фразы вроде «тревога и беспокойство», так и конкретные физиологические симптомы тревоги (они отобраны по трём шкалам тревоги: шкала Бека, шкала Шихана, шкала Гамильтона). Это запросы конкретного характера: «ком в горле», «навязчивые мысли», «учащенное сердцебиение», «трудно глотать» и пр. В середине марта такие запросы вырастают на 15−20% по сравнению с февралем, а с началом российского карантина прибавляют еще 20% уже к марту. Самый высокий уровень у таких запросов приходится на середину апреля и превышает обычный уровень на 40%:

Открытые данные говорят о катастрофической эпидемии в России второй волны

Уже в конце апреля такие запросы начинают падать — синхронно со снижением активности СМИ и уменьшением общего интереса к ковиду — в конце мая выходят на свой доковидный уровень, а к середине лета достигают минимума. С началом сентября — по мере того как наступает вторая волна, а про коронавирус снова начинают чаще писать СМИ, — число таких запросов растет. Но и сегодня он ниже уровня марта и середины мая. Уровень этих запросов также коррелирует с активностью СМИ: чем больше новостей и статей про коронавирус — тем выше тревожность и больше поисков (коэффициент корреляции с начала марта по середину октября — 0,805). Поэтому дело не в панике и не в массовом психозе. СМИ и их нагнетание, по-видимому, действительно приводит к росту тревожности — но к «коронавирусным» запросам это не имеет никакого отношения. Для наглядности — так соотносятся разные группы запросов. Здесь видно, что у «коронавирусных» запросов — своя особая динамика:

Открытые данные говорят о катастрофической эпидемии в России второй волны

(Просмотров 5 , сегодня 1 )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Adblock
detector