Зачем России Карабах?

57003B98BB469Зима в этом году отступает медленно, холодными языками цепляясь за города и горы. Так же когда-то отступал ледниковый период, мерзлыми языками задерживаясь на века в долинах Европы. Армянское нагорье по прихоти климата в числе первых сбросило ледяной панцирь и тысячи лет назад стало одним из первых очагов некогда спасительного глобального потепления, а значит – земледелия и одомашнивания животных.

Кому-то странной покажется вся эта палеонтология в те часы, когда еще не остыли трупы солдат и мирных жителей по обе стороны армяно-азербайджанской линии фронта. Но мне более странным кажется не видеть и не понимать того, что вчерашние и сегодняшние бои на карабахском фронте являются эпизодами глобальной холодной войны, которая огненными языками опаляет наши подошвы.

Итак, по словам военных, сражения последних суток стали наиболее ожесточенными и кровопролитными за все 22 года после подписания карабахского перемирия в мае 1994 года. Бои с применением реактивной артиллерии залпового огня, танков и авиации сегодня шли на всем протяжении 200-километровой линии фронта от Мартакерта на севере до Гадрута на юге. Последнее направление особенно важно, так как примыкает к границе с Ираном, то есть выводит конфликт уже на региональный, если не глобальный уровень…

Всему этому предшествовал ряд событий, анализ которых позволяет увидеть ситуацию в контексте и развитии.

Первое – это необычно мирный март, во время которого обе стороны приняли предложение западных посредников воздержаться от стрельбы на время шиитского праздника Новруз и следующей за ним христианской Пасхи. (Впрочем, горький опыт пекинской и сочинской Олимпиад должен был подсказать, что торжественные перемирия все чаще заканчиваются кошмаром, как в Осетии 2008-го или в Крыму и Донбассе в 2014-м…)

Второе – это одновременный отъезд армянского и азербайджанского президентов в США на конференцию по ядерной безопасности на прошлой неделе.

Третье – это отказ президента России, второй ядерной державы мира, приехать на ту же конференцию.

Четвертое – очевидное желание президента России любым способом добиться хотя бы части тех целей, которые не были им достигнуты в Сирии, откуда ему пришлось вывести войска накануне.

Каковы же эти цели? Главная из внешнеполитических задач Путина – “принуждение” мира к переговорам с ним на равных, то есть прорыв международной изоляции России. Главная из внешнеэкономических задач – воздействовать на мировые цены на нефть и газ, лучшим способом для чего в Кремле продолжают считать вооруженное вмешательство или угроза такового. Сирийский поход российских войск, несомненно, имел среди прочих задач и такую цель, поэтому его сворачивание отчасти объясняется тем, что, несмотря на российское вмешательство в Сирии, ни Саудовская Аравия, ни Иран не стали снижать объемов добычи нефти, а цена на нее так и не выросла.

В прошлом году, через день после высадки российского десанта в Дамаске, я написал на этом же сайте (5165 news.com) статью под заглавием “Сирия спасает Карабах”, где утверждалось, что после украинского тупика Путин ищет пути для новой экспансии и одним из таких вариантов, вероятно, является Карабах. Тогда Сирия показалась Кремлю более выгодным вложением своего политического капитала и у нас образовался небольшой временной отрезок для перегруппировки сил, анализа ситуации и поиска новых решений. К несчастью, армянская власть и оппозиция провели эти полгода в мелком политиканстве и шулерстве, не сумев ни понять новых политических реалий, ни воспользоваться предоставившимися шансами. Не были предприняты необходимые шаги по сближению с Ираном для версификации экономики, не было приложено усилий по сближению с Западом для укрепления национальной безопасности. Власть и оппозиция в Армении продолжали барахтаться в кремлевских сетях, сползая в яму долгов, нищеты, санкций и военной эскалации.

Вот почему сейчас, когда неудача Путина в Сирии вновь актуализировала вариант активизации России в Карабахе, Армения оказалась застигнутой врасплох.

Зачем России Карабах? Во-первых, со времен Гюлистанского мира с Персией 1813 года, в Санкт-Петербурге, а потом и в Москве запомнили, что Карабах является мощным рычагом давления в том районе, который в России называют Закавказьем. За прошедшие 200 лет ни география, ни политика в этом смысле не изменились и контроль над Карабахом по-прежнему позволяет одновременно контролировать и Армению, и то, что ныне называется Азербайджаном. В свою очередь, такой контроль позволяет России блокировать с юга доступ в собственные владения на Северном Кавказе – от Дагестана и Чечни до Кубани и Ставрополья. Это азы региональной геополитики, известные всем. Новым элементом стало резкое возрастание роли Ирана и столь же резкое ослабление роли Турции, в силу изменившегося глобального расклада сил. Еще одним новым явлением региональной политики стало происходящее на глазах становление курдского государства в еще не узаконенных, но все более расширяющихся границах. Вот почему, потерпев неудачу при фланговой атаке на регион в Сирии, Кремль теперь естественным образом вернулся к идее фронтального наступления со старых плацдармов на севере. Однако, получив унизительный отпор от Турции, Кремль вынужден теперь действовать более осмотрительно и нуждается в формальном поводе для нового вмешательства. Таким поводом, по замыслу кремлевских стратегов, должна стать небольшая кровавая война в “Закавказье”, в ходе которой хотя бы одна из сторон призовет внешнюю силу для своего спасения. Такой силой в нынешних обстоятельствах и станет, по этому плану, Россия.

В случае такого развития событий русские войска должны выдвинуться на линию фронта для разделения враждующих сторон по всей ее длине – от Мартакерта на севере до Гадрута на юге. Повторим еще раз – это означает до границы с Ираном по реке Аракс. Это уже стратегическая цель и, в случае ее достижения, Россия получает общую границу с одним из главных своих конкурентов по нефтегазовому бизнесу, со всеми широкими возможностями для давления, торга и влияния на Иран. А значит – и на нефтяные и газовые цены. Не менее захватывающие перспективы открываются и с северной точки предполагаемой “миротворческой” операции – ведь из карабахского Мартакерта в полевой бинокль видны и труба межконтинентального трубопровода Баку-Джейхан, и полотно железной дороги Баку- Карс… И если армянским полевым командирам, рассматривавшим этот ландшафт последние 25 лет, ни шагу вперед не давали сделать именно российские военные и политики, силами 23-й дивизии ВДВ под командованием генерала Шаманова помогавшие в 1992 году азербайджанцам изгнать армян из Шаумянского и Геташенского районов Северного Арцаха, а в последние три года затоварившие Баку новейшим российским оружием на 5 миллиардов долларов, то у самих российских десантников, окажись они завтра на этом месте, никаких препятствий уже не будет.

Итак, “миротворческая миссия” российских войск в Карабахе, если она вдруг осуществится, резко поменяет весь политический пейзаж региона.

Нужно ли это Армении? Горький опыт 1988-1992 годов, когда советская, а потом и российская армия постоянно оказывалась то в роли могильщика, то в роли карателя по отношению к армянам, вряд ли внушает энтузиазм в Ереване и в Степанакерте. Тем более, что для сохранения “баланса интересов” Россия, не скрывая своих намерений, обещает Баку вернуть все освобожденные в ходе карабахской войны территории вокруг бывшей НКАО, ставшие поясом безопасности для второй армянской республики.

Нужно ли это Азербайджану? Любая военная эскалация, продлись она больше трех дней, может уничтожить власть клана Алиевых в Баку, уже подточенную кризисом обесцененной нефти, девальвацией национальной валюты, напряженными отношениями со всеми соседями – от Туркмении до Ирана, не говоря о тлеющей войне с Арменией, национальными движениями талышского, лезгинского, аварского меньшинств, религиозными бунтами последних лет. Подпускать российскую армию на расстояние пушечного выстрела к заветной трубе Баку-Джейхан, источнику всего своего многомиллиардного благосостояния – выпускник МГИМО Ильхам Алиев не станет. Если бы даже он не понимал этой угрозы, ему все объяснили международные корпорации – совладельцы трубопровода. Даже призрачные надежды на возвращение части потерянных территорий в Карабахе – слишком дорогая цена для такой безумной авантюры.

Почему же тогда в ночь с 1-го на 2-е апреля почти вся линия армяно-азербайджанского фронта стала ареной военных действий?

Могло ли такое серьезное столкновение произойти без ведома и, фактически, в отсутствие президентов, то есть главнокомандующих обеих сражающихся армий? Или они впрямь такие дураки, столь кровавым образом отметившие 1 апреля?

Возьмусь предположить, что реальность еще более страшна и безумна. Дело в том, что и в Азербайджане, и в Армении сложился своеобразный “интернационал тиранов”, который черпает поддержку как политическую, так и военную в матрице своего происхождения – в Кремле и сопутствующей ему службе на Лубянской площади. И рано или поздно эта паутина связывает и поглощает не только все силы и средства стран, попавших в нее, но и пауков помельче, ткущих свои мелкие сети. Так, по моему скромному, субъективному и предвзятому мнению, происходит здесь и сейчас. В армиях Азербайджана и Армении (вместе с Карабахом), как и в других структурах обеих стран, более чем достаточно агентов влияния большой паутины, которые в любой момент готовы по приказу из матрицы сдать свой участок ответственности – будь то стрельба в парламенте или по безоружным демонстрантам, будь то выдача данных о времени и месте полета вертолетов на учениях, будь то провокация на границе и несанкционированное применение тяжелого вооружения. На последнюю догадку наталкивает крайне нескоординированные действия азербайджанской военной пропаганды в ходе последних военных действий. Азбукой вооруженных провокаций – от гитлеровского вторжения в Польшу до саддамовской оккупации Кувейта – является заранее подготовленная лживая кампания по обвинению жертвы в агрессии. Так всегда поступал и бакинский агитпроп все последние годы. И вдруг – такое “молчание ягнят” в течение целого дня боев, более того – отсутствие обычной предварительной шумихи с жалобами на противника перед собственной атакой. Это косвенное, но красноречивое свидетельство чужого стиля. Того самого, в котором неожиданно для всего мира объявляется о начале похода в Сирию. Потом, так же неожиданно даже для собственных генералов сообщается о выводе войск. Вот этот “большой стиль” виден во всем своем отвратительном блеске в провокации прошлой ночи.

Всем все стало ясно. Неясно одно – главное: станет ли кто-либо из двух соучастников этой кровавой драмы играть роль до конца и звать третьего? Станет ли Серж Саркисян или Ильхам Алиев приглашать на помощь Владимира Путина? Станет ли один из этих двоих могильщиком всего “Закавказья”? Ибо если здесь появятся российские войска – от Мартакерта до Гадрута – то не будет больше ни Армении, ни Азербайджана. И Карабаха, конечно, никакого не будет. Он не достанется ни армянам, ни азербайджанцам. Все это станет опять какой-нибудь губернией Российской империи.

Возможно, понимание этого – главное, что объединяет и даже сближает двух диктаторов: Сержа Саркисяна и Ильхама Алиева. Даже если это лишь страх перед третьим – главным диктатором. Это уже хоть какая-то основа для худого мира, который всегда лучше хорошей войны. Те, кто этого не понимает – пусть отныне отмечают 1 апреля как собственный профессиональный праздник. А войны, я надеюсь, все-таки не будет. Дураков нет.

Тигран Хзмалян

5165news.com