The New York Times: К России надо относится, как воюющей с Западом стране

113824_1Добро пожаловать в конфликт XXI века, где макиавеллиевского коварства и лжи гораздо больше, чем войн и оружия, где вместо самолетов, бомб и ракет в борьбе задействуется хакерские атаки, утечки информации и информационные вбросы. Российское вмешательство в президентские выборы в США это лишь один пример, который сулит нечто большее, пишет американское издание The New York Times.

Газета рассуждает на тему, как противостоять гибридной агрессии России и какие шаги нужно предпринять для нейтрализации этой угрозы. The New York Times далее пишет:

— Как государства могут защититься от таких методов? Сдерживание всегда лучше конфронтации, и это касается не только ядерного оружия. Соединенные Штаты и их западные союзники должны найти способ, чтобы отбить у России охоту наносить удар первой — ведь это именно она является главным инициатором и проводником такого рода политических войн.

Если говорить о ядерном оружии, то там в основе сдерживания лежит демонстрация того, что ты обладаешь таким же боевым потенциалом и готов его применить. В политической войне это не сработает.

Нельзя сказать, что Соединенные Штаты никогда не занимались дестабилизацией и дезинформацией. Но в России такая тактика неэффективна, поскольку там новостные СМИ в большинстве своем контролируются государством, спецслужбы быстро устраняют политические угрозы, а граждане не испытывают особых иллюзий по поводу своих руководителей. (Например, когда во время скандала с панамскими документами выяснилось, что у дружков Путина есть тайные банковские счета, большинство россиян просто пожали в недоумении плечами, поскольку для них это не стало большим сюрпризом.)

Все эти усилия просто лишний раз убедили россиян в правоте Путина, который говорит, что Запад ничуть не лучше, чем он.

Чего боится российский президент, так это неудач и провалов. Его мужское начало политика зиждется на тщеславной уверенности в том, что он все делает правильно. Он надменно полагает, что при помощи хакеров, спецназа и жестоких союзников может перехитрить Запад, а впоследствии вернуть России статус мировой державы.

Поэтому США и их союзникам следует проводить политику сдерживания воспрещением. Путин должен бояться не ответных ударов в ходе его информационной войны — он должен бояться, что потерпит неудачу.

Добиться этого можно несколькими способами. Во-первых, американским ведомствам и организациям нужны более совершенные системы кибербезопасности.

Удары по политическим партиям и ведущим газетам наносятся сегодня столь же часто, как по Пентагону и электрическим сетям. Правительство должно обеспечивать безопасность, когда оно в состоянии это сделать. Но и люди тоже должны проявлять больше бдительности, поняв, что кибербезопасность это нечто большее, чем защита их электронной почты, и что она нацелена на защиту всей страны.

Утечка информации с аккаунта руководителя предвыборного штаба Клинтон Джона Подесты показала, с какой легкостью хакеры способны обмануть умных и опытных политических деятелей.

Вместо того, чтобы бороться с каждой утечкой напрямую, правительству США следует просить общество рассказывать о фактах манипулирования. Через школы, через неправительственные организации, через общественные кампании американцам надо прививать базовые навыки и умения, необходимые грамотным пользователям СМИ, начиная с проверок новостей на соответствие фактам и кончая информированием о том, как могут лгать изображения.

Сдерживание может также осуществляться в форме ограничения русским доступа к тайной покупке средств массовой информации и их влияния. Глобальные финансы это по-прежнему лучшие друзья гангстеров и шпионов, позволяющие им тайно перемещать и тратить деньги.

Например, присоединившись к последнему и самому жесткому в Организации экономического сотрудничества и развития соглашению о едином стандарте по обмену налоговой информацией, и оказав давление на американские штаты с очень строгими законами о секретности, Вашингтон во многом лишит возможности свободно тратить деньги в Америке не только коррумпированных российских чиновников, но и представителей кремлевского аппарата безопасности.

Но Соединенные Штаты также должны заблаговременно и с наглядной решимостью объявлять о том, какие действия они будут предпринимать в ответ на определенные политические атаки. Россия умело пользуется слабостями и свободами Запада, а поэтому Запад должен аналогичным образом использовать в ответ уязвимости России.

Например, карательные меры типа санкций могут стать мощным оружием против оппортунистов-клептократов, чьей поддержкой пользуется Путин.

Эти меры должны быть направлены прежде всего против владельцев тех СМИ, которые распространяют дезинформацию, против депутатов парламента, которые поддерживают экстремистов, и против олигархов, которые позволяют Кремлю использовать себя в качестве подставных лиц. Обращаясь с ними как с членами организованного преступного синдиката, Вашингтон может заморозить не только их счета, но и счета их родственников, а также запретить им въезд.

Запад также должен выступить единым фронтом против тактики Кремля, проводимой по принципу «разделяй и властвуй». Члены НАТО по договору обязаны защищать друг друга в случае военного нападения, но у них нет таких же обязательств на случай кибератак и информационной войны.

Многие маленькие страны не хотят принимать участие в борьбе с российским шпионажем и подрывной деятельностью, потому что боятся неизбежного ответного удара со стороны России, а поэтому не выдворяют шпионов и не закрывают подставные организации. Соединенные Штаты должны пообещать своим союзникам всю возможную поддержку.

И наконец, тщеславие Путина надо превратить в оружие борьбы с ним. Всякий раз, когда он зарывается, американское правительство должно указывать на это. Всякий раз, когда он терпит неудачу, мы должны говорить об этом громко и ясно. Надо рассказывать о нем анекдоты.

В России он может приписывать себе какие угодно успехи, но Запад не должен содействовать его мифотворчеству. И нам надо прекратить его рекламировать, изображая грозным суперзлодеем.

Все это требует нового типа мышления. Надо признать, что Россия решила вступить с нами в войну, правда, войну особую и ограниченную. К России надо относиться как к политической воюющей стороне.

Кроме того, надо вспомнить, насколько Соединенные Штаты сильнее России в экономическом, военном, дипломатическом и даже политическом отношении.

Путин — геополитический диверсант, который использует стратегию эффективного использования своих преимуществ в обход сильных сторон Запада. Теперь Запад должен показать, что у него есть своя стратегия для борьбы с путинским авантюризмом.